Погода
Астана 24 °С
Алматы 26 °С
Курс валют
USD 405.69
EUR 455.51
RUB 5.72
CNY 57.42

Отец покоится в родной земле – история казахов Дании, вынужденно покинувших Родину

31 Мая 2020 14:15

НУР-СУЛТАН. КАЗИНФОРМ – Во время политических репрессий начала 20-го века из Сырдарьинского региона откочевала группа казахов. Они прошли через Узбекистан, Таджикистан и осели в Афганистане. Здесь они прожили около 50 лет, но в Афганистан вторглась Советская армия. Казахи были вынуждены перейти в Иран и скрыться там. Они обратились за помощью к международным организациям и получили возможность поселиться в Европе, в том числе в Дании.

МИА «Казинформ» предлагает читателю эксклюзивное интервью с потомком тех наших соплеменников, одним из создателей казахского культурного центра в Дании Акбаром Аюби кажы журналисту Еркину Байгабылулы.

– Господин Акбар, как казахи оказались в Дании? Расскажите о вашем пути в эту страну. Известно, что большинство европейских казахов вначале жили в Турции, а затем начали селиться в странах Европы, но Ваши предки переселились в Данию из Афганистана и Ирана.




– Меня зовут Акбар кажы Аюби. Живу в Дании. Расскажу о том, какие трудности перенесли наши предки, все, что слышал от своих родственников.

Наша семья происходит из Кармакшинского района Кызылординской области, или из какого-то аула поблизости. Моя бабушка говорила, что мужчины нашего аула отвозили на базар в Оренбурге шкуры, шесть и привозили необходимые товары, чай, сахар и другое.

Моего деда звали Базарбай из рода Аю Младшего жуза. Он получил религиозное образование в Бухаре. В народе его прозвали Мулла Базар. Бабушка Ханшагуль из рода Шекты племени Алим. В начале 1930 года коммунисты начали преследовать казахских баев и мулл. Красные активисты из числа местных указывали на них. Однажды моему деду верный друг сообщил, что надо бежать, потому что вечером арестуют. В тот день мой дед спрятался в густом кустарнике на краю аула. Это место знала только бабушка. Каждый вечер она скрытно носила деду пищу. Так он прятался около месяца. Пока деда не было дома, один из его младших родственников пришел и, заявив: «Вы баи!», отобрал вещи из бабушкиного приданого. Через бабушку дед связался с наиболее верными друзьями и родственниками. Понятно, что деду было тогда очень трудно. Если бы кто-то из тех людей оказался не другом, он мог бы выдать деда коммунистам.

В уговоренное время люди, предупрежденные дедом, скрытно покинули аул. С дедом был его брат Такан. У него не было детей, и дед отдал ему на воспитание моего отца. У деда были один сын и одна дочь. Такан узнал, что за ними будет преследование. Через два-три дня после того, как ушли из аула, они устроили засаду на преследователей. Убив из числа большевиков одного казаха и двоих русских, они закопали их и, забрав оружие, вернулись к кочевью. Вот, такая была история…

Кочевье двигалось скрытно, по ночам, отдыхая днем. Посты приходилось проходить бесшумно. Поэтому по дороге пришлось оставить многих детей, завязав им в подолы рубашек камни и песок. Тогда моему отцу было года три-четыре, а его сестренке всего шесть месяцев. Оказывается, маленькому ребенку даже рот закрывать бесполезно. Дед решил, что его дети не лучше других, и оставил отца, завязав ему камни в подол рубахи. Но, бабушка не захотела оставлять единственного сына. Она была женщиной с характером. Я ее помню… Когда был в Казахстане, побеседовал с одним соплеменником из Узбекистана. Он сообщил, что знает о нашем переселении, назвал имя моей бабушки. По его словам, бабушка ездила верхом не хуже мужчин.








Бабушка рассказывала, что при переправе через Амударью несколько человек утонули. Она умерла в 1987 году в Иране. Тогда мне было 14 лет. Кроме бабушки, о трудностях переселения рассказывали отец и мать. Отец заболел и вернулся в Казахстан. Нам он завещал похоронить его родине, и он покоится в родной земле.

Возвращаясь к нашему переселению, надо сказать, что путь был очень трудным. Люди от голода ели корни растений. Несколько человек отравились и умерли. Кочевье достигло местности Ушкудык в Узбекистане. Здесь прожили около двух лет. Затем, спасаясь от Красной армии, через Таджикистан добрались до Афганистана. Представители около 500 семей из родов Аспан, Аю, Сырым, Кете, Саркаска отправились на встречу с властями Афганистана.

«Мы мусульмане, спасаемся от большевиков, дайте нам землю и жилье», – с такой просьбой они обратились к властям.

Власти сказали: «Между Пакистаном и Афганистаном будут рыть канал, поезжайте туда и работайте. Там вам будут платить деньги, обеспечат пищей и дадут землю».

Непривычные к жаре казахи на работе часто умирали. Многие страдали от местного климата и от работы. Некоторые говорят, что причиной гибели людей была какая-то инфекция в воде. Как рассказывала бабушка, иногда рыли могилу для одного умершего человека, а если умирал кто-то еще, то его клали в ту же могилу. Казахи, чтобы избежать работы на рытье канала, начали разбегаться. Они шли в различные города Афганистана и селились там. По сравнению с казахами в Иране, казахи в Афганистане подолгу не жили на одном месте, рассеивались. Мои предки переселились в город Герат.

В то время такие же преследования, как в Казахстане, были и в Туркменистане. У туркменов был хан Жонеут. Он тоже, спасаясь от Советов, переселился в Иран. Тогда мой дед общался с туркменскими предводителями. Дед был религиозно грамотным, читал книги на турецком языке, поэтому по просьбе туркменов стал у них муллой. Вначале казахи привели в порядок старое здание, называвшееся Котыр сарай, и поселились там. Однажды случился конфликт между афганцами и казахами, и Такан ата отличился своей храбростью. Он в одиночку избил жердью около двадцати человек. После этого афганцы собрались, выяснили все обстоятельства, и между двумя народами установились дружеские отношения. В Афганистане мы прожили 50 лет, афганцы нас уважали.

Чем занимались казахи в Афганистане? Как добывали себе пропитание? Смогли ли вы сохранить родной язык, обычаи и традиции?

– Через несколько лет после того, как прибыли в Герат, казахи начали сообща покупать дома и землю на центральных улицах города, и селиться там. Дед отошел от туркменов, начал заниматься торговлей. Благодаря знанию турецкого языка и своей деловитости он добился успеха. В сезоны продажи каракуля, сбора орехов и фисташек богатые люди заранее платили моему деду. Дед торговал честно. Торговля шла хорошо и дед построил большой дом в центре Герата. До сих пор я помню, что в середине двора стоял большой дом. Мы сдавали в аренду пять-шесть лавок рядом с домом. Также рядом с нашим домом в своих домах жили наши родственники. Это было хорошо и для нашего деда. Потому, что когда казахи жили компактно, к ним боялись заходить воры и разбойники. Благодаря этому мы хорошо жили в Герате в красивом доме. Мой дед был первым среди казахов, кто отправился в хадж на самолете. После того, как дед вернулся из хаджа, он заболел и умер. Мой отец продолжил его дело. Один из туркменских друзей моего деда научил мою мать ткать ковры. Вообще, туркмены против того, чтобы обучать этому искусству других. Позднее мы наладили производство и продажу ковров. Наша семья учила ткать ковры афганцев и казахов. Затем начали экспортировать ковры, объемы производства увеличились. Туркмены были недовольны, но и они, и местные афганцы с казахами получали от этого большие доходы.

Мой дед бесплатно поселил три-четыре казахские семьи рядом с нашим домом, занимался благотворительностью, он умер в 1963 году.

Такан ата совершил еще один мужественный поступок. Когда он вел караван, одна старая женщина поручила ему заботиться о своем сыне и верблюде. В дороге верблюд потерялся. Такан ата поехал его искать, бился с афганцем, укравшим верблюда, и вернул верблюда хозяину. Вообще, казахи не уступали афганцам в трудолюбии.

Во время пребывания в Афганистане мы отдали одну девушку за афганца, а многие казахи женились на афганских девушках. Мы старались не забывать свои обычаи и традиции. Дома разговаривали на казахском, а на улице – на афганском. Дети начинали говорить на казахском языке.

Когда Советская армия вошла в Афганистан в 1980-е годы, вы ведь жили там. Мне хотелось бы выяснить одну вещь – как жили афганцы до вторжения Советской армии? Почему осложнилась внутренняя ситуация? Почему после этого Афганистан не смог стабилизироваться?

– Вообще, в Афганистане было сильное влияние религии. Общество не воспринимало открытие университетов, занятие наукой, даже вождение поездов, поскольку, как говорили афганцы, это все шло от другой веры. Но, постепенно, люди стали знакомиться с цивилизацией, когда ездили работать в Иран, Пакистан. В стране начали появляться политические партии, они стали требовать изменений. Возникло три крупные организации. Одна поддерживала коммунистическую партию Советского Союза. Другая – коммунистов Китая, а третья – политику Великобритании и других западных стран. Те, кто поддерживал Советский Союз, совершили революцию, в результате советские войска вошли в Афганистан. Тогда моджахеды начали принудительно забирать молодежь в свои войска. Моджахеды дважды приходили к нам домой, чтобы забрать двух моих старших братьев. Мой старший брат Рафи был одним из тех казахов, кто получил высшее образование в Кабульском университете. Он выписывал и читал газету «Шалкар», издававшуюся для казахов за рубежом. Поэтому местные жители оклеветали его, заявив, что он связан с Советами. Несколько месяцев мы прятали братьев в доме. Отец занимался приграничной торговлей и через знакомых отправил самого старшего брата, вместе с семьей, в Иран. Дважды наш дом обокрали, забрали скот и имущество, а также три имевшихся пистолета. Наше положение стало хуже. В 1981 году мы продали задешево дом, построенный нашим дедом, и переехали в Иран. Там мы занимались разной работой, чтобы заработать на пропитание. Старший брат был грамотным человеком. Он сообщил о нашем положении в международные организации в Иране и подал заявку на квоту для переселения в Германию. Переехать в Германию не получилось, в 1985 году брат с семьей уехал в Данию. Когда жили в Иране, брат получил в администрации города Горган купоны и раздал казахам. По купонам можно было покупать продукты на рынке за полцены. Так, мой брат помог казахам в Иране.

Старший брат вызвал двух моих братьев, меня и младшую сестру в Данию. Одна старшая сестра вышла замуж, она сейчас живет в Иране.

После 1993 года часть казахов, переселившихся из Афганистана в Иран, переехала в Турцию. Сейчас в Дании, там, где мы живем, есть наши родственники и еще около десяти семей казахов. Всего в нашем культурном центре около 60 человек. В Данию из Казахстана переселились около 300 казахов. Мы знаем человек 50 из них, общаемся.

– Ваше детство прошло в переездах из страны в страну, наверное, учеба в школе была трудной? Вы получили полное образование, когда переселились в Европу, в Данию? По какой специальности Вы учились? Чем занимаетесь сейчас?

– Мне было 15 лет, когда мы приехали в Данию. В тот год я начал ходить на языковые курсы. В 17 лет впервые перешагнул порог школы. Когда я должен был пойти в школу, в Афганистане началась война. В Иране не было возможности учиться. Хотя я был ребенком, приходилось работать. В Иране людей, пришедших из Афганистана, и не принимали в школу. В Дании одновременно с учебой на языковых курсах, на летних каникулах я работал в пекарне. После трех месяцев работы мой язык, с практической стороны, улучшился. Меня направили в школу на практику, на 14 дней. Я был принят в школу в 8-й класс. Вначале мне, непривычного к школе, было очень трудно втянуться в учебу. Названия некоторых предметов я раньше даже не слышал. Школа пробудила во мне тягу к знаниям. Я учил уроки день и ночь. Хотя и не с отличием, но школу я закончил без низких оценок по всем предметам. После школы я поступил в техническую гимназию и окончил ее по специальности «инженер-техник». В Дании после гимназии молодежь проходили в течение года общественную практику, некоторые ехали работать за границу.





В 1994 году я приехал в Казахстан. Причиной этому послужил приезд академика Манаша Козыбаев в Данию в 1991 году. Он приехал, чтобы показать в нашем городе «Золотого человека», найденного в Казахстане. Старший брат прочитал об этом в газете и рассказал отцу. Отец поручил мне найти приехавших из Казахстана и пригласить к нам домой. Я не знал, в какой гостинице поселились эти люди, пошел в центр города и начал искать. Увидел человека, внешностью похожего на казаха. Подойдя к нему, я спросил на английском, который час. Этот человек растерялся и не смог ответить, тогда я сказал – «қазақ», и он обрадовался, обнял меня. Мы познакомились, но он сразу не пошел со мной, указал место вблизи гостиницы и время, когда он туда придет.

В указанное время я подъехал на автомашине и привез домой Манаша Козыбаев и еще одного человека. Когда я ездил искать Манаша ага, отец поручил старшему брату зарезать и привезти барана. Мы живем в городе, брат поехал в сельскую местность, зарезал и привез барана. Мы встретили соплеменников по казахской традиции. Мать приготовила для гостей с родины мясо по-казахски. После угощения отец познакомился с гостями. Меня взволновали рассказы об истории Казахстана. С того дня у меня пробудился интерес к Казахстану. Когда Манаш ага спросил отца, есть ли у него пожелания, отец сказал, что я поеду в Казахстан. Также попросил, чтобы меня познакомили с хорошо воспитанной девушкой…

В 1994 году я окончил гимназию. Узнал из газеты, что Казахстан и Дания планируют ловить рыбу в Аральском море. Речь шла о выращивании аральской камбалы, ее вылове и предоставлении оборудования. Связавшись с ответственными за этот проект людьми, я сообщил, что хотел бы съездить в Казахстан. Они согласились, и мы, в количестве девяти человек, в 1994 году приехали в Казахстан. Чтобы не ехать с пустыми руками, я привез из гимназии учебники по политике, экономике и науке. Их я отдал Казахскому национальному педагогическому университету имени Абая. Заместитель ректора университета Рублина попросила, чтобы я рассказал студентам о Дании. В университете я познакомился с моей будущей супругой Ляйлей. В Казахстане я пробыл два года, потому что Ляйля училась на последнем курсе. Чтобы не препятствовать ее учебе, я подождал, пока она завершит обучение.

В студенческие годы я работал в пекарне. В Дании оплата производится по отработанным часам. Когда поехал в Казахстан, у меня были заработанные 10 тысяч долларов. На эти деньги я прожил два года, женился.

Раньше я мечтал стать инженером, но за два года в Казахстане мои планы изменились. Потому что в то время в Казахстане экономика была в упадке. В 1996 году, вернувшись в Данию, я поступил в Орхосский экономический университет. Это одно из ведущих учебных заведений Дании и Европы. Я мечтал внести свой вклад в развитие экономики Казахстана. После окончания университета у меня не было возможности поехать на работу в Казахстан. Потому что для работы в Казахстане нужно было выйти из гражданства Дании и получить гражданство Казахстана.

Поскольку моя семья оставалась здесь, я не смог поехать в Казахстан. Трудовой путь я начал в отделе продаж датской компании «Grundfos», проработал там четыре года. В этой компании было 14 тысяч сотрудников, объем продаж составлял три миллиарда евро в год. В 2009 году отделение компании «Grundfos» открылось в Казахстане, я участвовал в работе по открытию этого отделения. Годовой объем продаж отделения достиг 11 миллионов долларов. По сравнению с другими странами, это очень низкий показатель. Договорившись с руководством, я планировал стать руководителем отделения в Казахстане. Но прежний руководитель ушел, а новый не поддержал моих намерений. Поняв, что мой план не осуществится, я перешел на работу экспертом в отдел закупок компании «Vestas». В 2017 году мне предложили работать в Дубае, поработал там. Вернувшись в Данию, поступил в центральный офис компании «Siemens», где и работаю сейчас.

– Вы организовали казахский культурный центр в Дании, объединили соплеменников. Сколько, примерно, проживает казахов в этой стране? Часто ли вы встречаетесь? Поддерживаете ли Вы связи с Казахстаном? Есть ли у Вас какие-либо предложения или пожелания?

– Казахи в Дании активно участвуют в общественных мероприятиях. В 2005 году мы объединили казахов Дании, создали культурный центр и зарегистрировали его. Сейчас тесно сотрудничаем с казахскими культурными центрами Европы. Участвуя в курултае казахов Европы, я поручил одному из наших активистов руководство культурным центром в Дании. Сам я участвую в работе культурного центра казахов Европы. Мы собирались один раз в год. По мере сил, совместно с Всемирной ассоциацией казахов проводим спортивные, культурные, литературные и духовные мероприятия. Мы собрались вчетвером: Айкен апа, историк из Финляндии; Серик, врач из Швейцарии; Назым Сакай, доктор наук из Германии и я создали группу «Наурыз». За последние три года мы провели праздник Наурыз в городах Гамбург и Нурымбе в Германии, в городе Антверпен в Бельгии. В этом году планировали отметить Наурыз в городе Кассель в Германии. Если получится, проведем в следующем году. Казахи в Европе мало знают друг о друге. К тому же, некоторые вступают в брак с представителями других наций. Поэтому мы ведем эту работу, чтобы все наши соотечественники знали друг друга, отмечали наш новый год – праздник Наурыз. Стараемся, чтобы следующее поколение знало национальные обычаи и традиции.

Люди, живущие за рубежом, оказывают финансовую помощь своей родине. Например, турецкие предприниматели помогают деньгами своей стране. Мы начали проводить работу по оказанию помощи нашим братьям в Казахстане. Также мы организуем финансовую помощь со стороны датского государства. Недавно мы нашли в Facebook двоих граждан Казахстана, нуждающихся в жилье и страдающих от болезни, оказали им помощь. Есть пожелание, чтобы состоятельные люди в Казахстане также оказывали такую помощь нуждающимся.

Мы хотим всегда поддерживать связи с родиной. Для этого я работаю уже в течение двадцати лет. В 1995-1996 годах я полгода работал во Всемирной ассоциации казахов в Казахстане, обучал машинисток работе на компьютере. Мы тогда очень радовались тому, что наша страна обрела независимость. Совместно с Калдарбеком Найманбаевым, Талгатом Мамашевым, которые были заместителями председателя ассоциации, мы успешно провели несколько курултаев казахов Европы. Сейчас планируем проводить культурные мероприятия с участием казахов из разных стран Европы. В их организации ведущую роль будут играть Всемирная ассоциация казахов и Фонд соотечественников. Во время карантина в связи с пандемией коронавируса 12 мая «Фонд соотечественников» провел онлайн-конференцию, в ходе которой поступило много интересных предложений, были обсуждены планы и проекты. Я поддерживаю проект Фонда «Карта казаха». Потому что в рамках этого проекта появилась бы возможность преодолеть многие препятствия. Мы продвигали этот вопрос со времен обретения Казахстаном независимости. Хотели, чтобы нам предоставили двойное гражданство, и мы могли бы свободно ездить на родину предков, открывать бизнес и работать.

Теперь узнали, что с помощью Карты казаха появится возможность для казахов за рубежом ездить на родину. Это дало бы возможность и для постоянного проживания зарубежных казахов в Казахстане, приобретения жилья и земли, открытия бизнеса.

В народе говорят: «Человек не живет тысячу лет, тысячу лет живут его потомки». Казахи за рубежом хорошо знают цену родной стране, родной земле. Пусть наши потомки увидят то, чего не достигли мы, и я желаю, чтобы Карта казаха начала действовать.








– Спасибо за беседу.


Перевод Мейрамбек Байгарин
Ключевые слова: Дата, История Казахстана,
Наверх